Нассау

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Нассау » Остаться в живых » Остаться в живых | Охотники за головами


Остаться в живых | Охотники за головами

Сообщений 61 страница 90 из 294

61

Джек особо не надеялся на то, что его предложение будет принято с ходу: Мэри была строптива, как необъезженная кобылица. Но у него было достаточно терпения, чтобы её объездить и усмирить.
- Втроем? - хмыкнул он. - Это кто же третьим будет: мужик или, прости Господи, девка? А впрочем, я не против: я двух дам удовлетворю очень легко! Вот та черненькая, что меня вчера обслужила на совесть, очень даже ничего, смело приглашай её третьей.
Джек не стал уточнять, что обслуживание Гбемизолы ограничилось  разговором в обеденном зале. А про беседу у колодца Мэри и вовсе не надо было знать.

+1

62

Мэри начинала злиться. Ведь Джек специально выводил ее из себя, на самом деле отлично понимая, что ему здесь ничего не светит. А она, горячая и вспыльчивая, была не в силах проигнорировать все обидные и колкие замечания мужчины; не могла промолчать и не ответить.
- Уж не знаю как ты капитаном стал, если тугой на оба уха! Но один раз повторю: тебе здесь никогда и ничего не обломится. Одна ночь на острове, за неимением лучшего проведенная с тобой, ничего не значит. К счастью, здесь у меня нет недостатка в мужском внимании, а уж таких, как ты, внизу полна коробочка сидит.. да только плевать я на них хотела!
Мэри, понимая, что пора Джека выгонять, пока он здесь корнями не прирос, принялась наступать на него. Джонни, бросив бусы, перенес свое внимание на Джека, тараща глазенки.
- А если ты хоть одну мою служанку тронуть посмеешь, то я на ней живого места не оставлю, выпорю так, что вместо спины будет кровавое месиво, а потом и тебе перепадет. Ни одного ребра целого не оставлю!
А про себя Мэри отметила, что надо будет поговорить с Гбемизолой и узнать как это и где она обслуживала клиента. Впрочем, что с ней разговаривать: отпираться станет! А вот вещи перетрясти стоит – если найдутся там лишние деньги, то, явно, не за разговоры они получены, а за удовольствие иного рода. Ох и достанется ей, если виновата!
Мэри уже не просто была раздосадована, она медленно закипала. Вот какого дьявола Джек притащился сюда и бесит ее?
- Вали давай, - женщина продолжала наступать, пытаясь оттеснить незваного гостя к двери.

+1

63

Джек и не подумал свалить подобру-поздорову.
- Ревнуешь? - ухмыльнулся он, довольный, что сумел-таки пронять Мэри. Но ему не хотелось, чтобы из-за него пострадала хорошенькая рабыня, поэтому он добавил. - Не буянь: я ни одну из твоих девок пальцем не тронул. А знаешь, почему? Потому что сам этого не хотел. А вот тебя с удовольствием бы потрогал...
Джек понимал, что нарывается на большие неприятности, но в данный момент руки Мэри были заняты Джонни, поэтому он и вел себя так дерзко. С одной стороны, его это устраивало, с другой хотелось, чтобы Мэри наконец положила ребенка в колыбель и дала ему возможность к себе подступиться. Видя, как она полыхнула от ревности, Джек преисполнился уверенности, что стоит ему обнять свою гневливую любовницу, как она тут же сдастся без боя.
- Ты бы сынишку положила в кроватку, - посоветовал он. - А то еще уронишь ненароком...

+1

64

Чем дальше шел разговор, тем все больше злилась и сердилась Мэри. Пренебрежительный тон Джека, который всеми силами давал понять, что ее мнение его не интересует, оскорблял и задевал Рид. И в прошлый раз это послужило причиной того, что Мэри со всем удовольствием опустила Джека в глазах остальных пиратов – и она сделает это еще раз, если он не прекратит относиться к ней как к шлюхе из борделя.
Она притворялась мужчиной, она нападала и убивала. Она мошенничала и обманывала. Но она была по своему честной женщиной, которая отдавалась (и брала!) только если чувства захлестывали волной. И она никогда не раздвигала ноги увидев блеск золота или потому что какой-то мужик поманил ее пальцем.
В общем-то слова Джека и его интонация – это показывало его отношение к ней, показывало сколь низкого он мнения о Рид. И сердце, дрогнувшее было вчера вечером, вновь заволокло черной тучей злости: уже гремели первые раскаты грома и сверкали молнии, чьи отблески можно было, приглядевшись, увидеть в глазах Мэри.
- Не учи меня как обходиться с моими же рабами! – отрезала женщина. – Вали отсюда! Шлюхам будешь по ушам своими нравоучениями ездить. И чтобы я твою рожу больше не видела!
Она подступила к кроватке ребенка, но только потому что у нее рядышком там было припрятано оружие. Все-таки враги у Рид были и ей следовало быть осторожной. Особенно если речь шла о ребенке.
- Уходи!

+1

65

Джека охватила злость, да такая, какую он не испытывал давно. Не потому, что его авансы отвергли, - в конце концов, Рид была не единственной женщиной в мире, с которой он мог покувыркаться в постели: все шлюхи и рабыни Вест-Индии были к его услугам, - только помани, не забыв продемонстрировать туго набитый кошель. Любовь? Плевать Джек хотел на любовь, когда у него распирало штаны. Но мальчонка, уютно устроившийся на  руках матери и таращивший на Джека свои черные, как сливы, глазенки, как две капли воды походившие на его глаза, - это было совсем другое дело. Это был его сын: теперь Джек мог бы поклясться в этом на Библии в присутствии главного вест-индского судьи. И  на него ему было совсем не наплевать, что бы там не думала Рид. Он имел право видеться с сыном, когда захочет, быть частью его жизни, и не подвести Джонни так, как подвел его собственный отец.
- Уже бегу, леди, -волосы вперед,  - ответил он, протягивая Джонни палец, за который тот сразу же ухватился и потянул себе в беззубый слюнявый рот, от чего у Джека подпрыгнуло сердце. - До встречи, сынок! Скоро свидимся.
Джек осторожно отнял палец и, не удостоив Рид взглядом, прошествовал к выходу.

+1

66

Мэри сердито глядела на Джека. И когда он протянул к ее сыну свои грязные лапы, то отступила шаг, словно защищая мальчика.
- Руки помой сначала! – огрызнулась она. – И никаких свиданий.. это мой ребенок! – крикнула она вслед, не рассчитывая, впрочем, что до Джека что-либо дойдет. Вот угораздило же ее связаться! Хорошо, что скоро он уходит в море, а там, глядишь, в эти края вернется не скоро; а как вернется, так позабудет о этой нежданной встрече. Мужики вообще до детей безразличны, а Джек сейчас просто идет на принцип.

+1

67

Джек вышел из таверны, кипя от гнева. Мэри выставила его из своей жизни так решительно и бесповоротно, как  будто выбросила заплесневевший сухарь. Вот кем он для нее являлся: паршивой плесенью, от которой надо было избавиться как можно скорее! Если бы не Джонни, Джек плюнул бы и выбросил ее из головы, - по крайней мере, он очень хотел верить, что все было бы именно так. Но Джонни соединял их жизни крепче, чем иных людей узы законного брака, а если Мэри этого не понимает, - что же, придется ей смириться с тем, что отец ребенка имеет кое-какие права: не на нее, а на своего сына.
- Справный малец! Вылитый я! - произнес Джек вслух и его губы сами собой разъехались в широкую и гордую ухмылку.
В голове у него складывался план, и вернувшись на корабль, он первым делом растолкал квартирмейстера, храпевшего в гамаке, и устроил ему форменный допрос насчет кингстонских лавок.
- Зачем вам это? - тараща опухшие ото сна и рома глаза, изумленно спросил квартирмейстер, когда Джек начал дотошно выведывать у него, кто в Кингстоне торгует детскими игрушками.
- Надо! - ответил Джек. - Кстати, как насчет батата? Ты достаточное количество купил?
Лицо квартирмейстера перекосила досадливая гримаса:
- Снова эту дрянь жрать... Команда скоро взбунтуется, помяните мое слово
- Лучше от цинги подохнуть, да? - возразил Джек. - Лучше без последних зубов остаться - ты это мне хочешь сказать? Испанцы небось не дураки, раз вместо собачьих галет берут в плавание сырой батат? Ладно, давай-ка дальше. Так ты говоришь, что игрушечных дел мастер живет на Орандж-стрит?
- Ну да, именно об этом я вам и толкую, - подтвердил квартирмейстер. - Там  табачная лавка, - я туда вчера заходил, ну и запомнил вывеску на соседней. Вернее, это и не вывеска вовсе, а козырек над входом, и на нем фигурки кружатся, как на церковных часах. Да вы ее ни с чем не спутаете: у входа толпа черномазых нянек с ребятишками: стоят и глазеют, ни проехать ни пройти.
Отпустив квартирмейстера досыпать, Джек и сам улегся на тюфяк, покрытый простынями, но чертовы клопы не давали ему заснуть, и через некоторое время он вскочил, ругаясь и проклиная кровососов на чем свет стоит, и занялся выбором камзола для завтрашнего похода по лавкам и последующей встречи с сыном. Вытряхнув из сундуков весь свой гардероб, он начал придирчиво осматривать одежду, большая часть которой была сшита на заказ у лучшего портного на Бермудах - старого еврея из Гранады, вот уже лет пятнадцать как обшивавшего губернаторов и наиболее богатых и уважаемых колонистов. Джека к нему направил Генри Дженнингс, - сам большой щеголь, как, впрочем, и большинство бывших пиратских капитанов, любивших пустить пыль в глаза. Проведя за этим увлекательным занятием не менее часа, Джек остановился на камзоле из бархата малинового цвета, щедро расшитого золотым шнуром и украшенного большими пуговицами: такими большими и тщательно отполированными, что в каждую из них можно было смотреться, как в зеркало. К камзолу прилагались отличные штаны из индийского ситца-калико в желто-зеленую полоску, и Джека совершенно не смущало то, что по расцветке они не подходили к камзолу. Ситцевые штаны были для капитана Рэкхема тем же, что вывеска для преуспевающего торговца. Налюбовавшись на камзол, он с большими предосторожностями извлек из другого сундука парадную шляпу с перьями: старая треуголка для подобного случая не годилась.  Разложив все вещи на койке, Джек под завязку наполнил кошель монетами и перешел к самому трудоемкому делу: соскребанию щетины со своих впалых бронзовых щек. Покончив и с этим, он позвал вахтенного, которому все едино нечем было заняться, и отдал ему сапоги, чтобы тот их как следует начистил.
Как только солнце осветило своими лучами пыльные улицы Кингстона, на берег, бряцая абордажной саблей и сверкая золотыми перстнями на пальцах, сошел капитан Джек Рэкхем - краса и гордость флотилии Генри Дженнингса. По крайней мере сам он считал именно так.

+1

68

Поведение Джека изрядно разозлило Мэри. Какого дьявола ему было нужно?! Вот можно подумать он найти не может с кем перепихнуться! В то, что Джек испытывает какие-то чувства к ней или ребенку, женщина не верила. Она хорошо знала пиратов, знала их привычки и образ мышления. Да, пусть Джек с самого начала не был похож на пирата, а теперь и вовсе не был им, но разве многое это меняет?
Это женщина принимает на себя обязательства и ответственность за ребенка, а мужики.. в лучшем случае вспомнит иногда, что бегает где-то босоногий отпрыск. Вспомнит – забудет.
Но Мэри не была бы собой, если бы долго мучилась и страдала. С глаз долой, из сердца вон. Утром женщина уже занималась привычными делами, хлопоча в таверне.
Впрочем она все же велела одному рабу тщательно следить за задней дверью. Рид не понравилось, что в дом ее заходит кто угодно. Не Джек, так кто-то другой может опять оказаться рядом с Джонни.. нет уж, она слишком его любит, чтобы рисковать!
На заднем дворе росли несколько деревьев, дающие хорошую тень. Закончив с утренними делами, Мэри постелила под ними толстое одеяло, уложила Джонни, который крутился, вертелся и пытался переворачиваться, и сама села рядом, принявшись за штопку. Она негромко напевала шэнти, чтобы развлечь  себя и ребенка, иногда прерываясь, чтобы объяснить Джонни то или иное слово.

0

69

Все утро Джек провел в лавке игрушек, и это удовольствие было не сравнить ни с чем - никакой бордель и рядом не стоял. У самого Джека в детстве игрушек не было: как и большинство детей, он обходился тем, что под руку попадалось: делал кораблики из ореховых скорлупок и обрывков промасленной бумаги, в которую уличные торговцы заворачивали жареную рыбу, выстругивал из обломков дерева небольшие ножи, и собирал обрезки ситца в мастерской отца, чтобы потом сшить из них тряпичные мячики - иголкой и ниткой сын потомственного портного и торговца таканями научился орудовать раньше, чем ложкой. Он бы и сейчас охотно шил себе штаны и камзолы, но решил, что не капитанское это дело, а к тому же хотелось пустить пыль в глаза, рассказывая всем вокруг, что он шьет себе одежду у личного портного губернатора Бермуд и коммодора Дженнингса.
Джек ходил по лавке, рассматривая и ощупывая каждую игрушку и отставляя в сторонку те, что казались ему наиболее подходящими для подрастающего мальчугана. Он понимал, что слабые ручонки младенца не смогут удержать ни ярко раскрашенную деревянную саблю, ни копию кремневого пистолета, а на деревянную лошадку с пышной гривой, сделанной из настоящего конского волоса, и с миниатюрной копией седла Джонни сможет сесть года через три, не раньше. Но остановиться он не мог и представлял себе, как вместе с сыном расставляет на ковре крошечных оловянных пиратов и моряков королевского флота и объясняет ему, как называются паруса и мачты на красавице-бригантине, украшенной носовой фигурой в виде пышногрудой красотки с рыбьим хвостом. По борту бригантины сусальным золотом было выведено название: "Ундина", а пушечные порты открывались легким нажатием пальца, выпуская наружу пушечные стволы.
- Сыну подарки выбираете, сэр? - почтительно спросил Джека владелец лавки, он же создатель всех диковин, в ней выставленных.
- Сыну! - кивнул Джек и попросил, - Заверните все по отдельности.
Его взгляд упал на лакированную шкатулку и он откинул крышку. Зазвучала тихая мелодия - печальная, как все шанти, и под нее в центре шкатулки закружились пират и темноволосая красавица в красной юбке.
- Ох! - выдохнул Джек. - Вот это да! Эту тоже заверните.
- Сорок фунтов, сэр, - вежливо намекнул торговец. - Слишком сложный механизм - изготовлен в Базеле. Играет две дюжины разных шанти.
Джек прикусил губу. Шкатулка должна была понравиться Мэри, - она любила напевать шанти, - но он был уверен, что его подарок отправится на ближайшую навозную кучу или в огонь.
- Заверните, - твердо повторил он. - И еще мне нужны...
Он в нескольких словах объяснил лавочнику, что, вернее, кто ему был нужен.
Спустя час ко входу "Необитаемого острова" подошла процессия, которая бы произвела фурор в Лондоне, но в Кингстоне подобные события никого не удивляли. Впереди , положив руку на рукоять абордажной сабли, вышагивал высокий господин, разодетый в одежды, соперничавшие красками с опереньем попугая, а за ним тянулась процессия из дюжины черных, как чертенята в преисподней, мальчишек, каждый из которых нес перед собой коробку, упакованную в серебряную бумагу. Джек не стал открывать дверь - громко ударил по ней три раза рукоятью пистолета и снова заткнул его за пояс. Выглянувшая из деверей таверны Гбемизола сначала оторопела, а потом, узнав в сверкающем павлине своего щедрого знакомца, широко распахнула дверь.
- Где хозяйка? - отрывисто спросил Джек, оглядывая зал. Мэри было не видать - возможно, ушла на кухню или порола обленившуюся рабыню. Но Джек решил больше не заходить в таверну с заднего крыльца: отныне он будет входить туда только с парадного, смело и гордо, нравится это матери его сына, или нет.
- С Джонни она, во дворе... - прошептала Гбемизола,у которой глаза разбежались при виде коробок, в которох явно пряталось что-то хорошее. - Сейчас я ее позову, капитан Рэкхем. И, взметнув юбки, рабыня заторопилась к задней двери.
В обеденном зале повисла тягостная тишина: все рассматривали Мидаса, явившегося к прекрасной трактирщице с ворохом подарков. Особый интерес вызывала лошадка, которую упаковывать не стали из-за относительно больших размеров. Джек повел бровью и чернокожие лакеи водрузили лошадку на стойку, за которой обычно стояла хозяйка "Необитаемого острова", а рядом выстроились коробки с остальными подарками.

+1

70

Мэри было приятно просто так посидеть, занимаясь полезным делом, но при этом отдыхая телом и душой. Джонни, в общем-то, не был особенно капризным ребенком, не требовал постоянного внимания и готов был изучать мир самостоятельно, просто глазея по сторонам.
Гбемизола появилась во дворе с огромными глазами, явно чем-то удивленная и возбужденная – сразу понятно становилось, что произошло нечто из ряда вон.
- Ох, Мэм! Там.. ой, не могу! – рабыня приложила руки к груди, продолжая вздыхать.
- Что? Да не мямли ты! – недовольно и встревожено велела Мэри, отложившая шитье. – Говори толком: чего случилось опять!
- Ох, Мэм! Там капитан, который таверну вашу купить хотел, такой красивый весь! В камзоле и подарков гора целая! Я в жизни своей не думала, что такое бывает!
- Купить? – непонимающе повторила Рид. Но тут же, поняв, что с глупой рабыни спрашивать нечего, поднялась, подхватила на руки Джонни, и направилась внутрь. Брови ее сошлись к переносице, когда она путалась понять когда этой ей предложение продажи делали.
Все объяснилось более-менее когда Мэри увидела Джека. И в каком виде! Бывший пират сверкал почище, чем Султан. Женщина уставилась на бывшего любовника, потом перевела взгляд на гору свертков и коробок, среди которых выделялась деревянная лошадка.
В свою очередь на Мэри теперь таращились все посетители заведения, явно ожидая ее реакции.
- Надо же.. – пробормотала Рид,  приосаниваясь. С губ так и рвались разные слова, но она решила, что выяснять отношения при всех – неправильно, мало ли кто кому в запале скажет. Лучше уж наедине. – Чудные дела творятся.. пройдемте, мистер, со мной, там, - она мотнула головой в сторону кухни, - разговаривать будет сподручнее.
К тому же лишними несколько секунд тоже не будут – она хоть с мыслями соберется и в себя придет.

+1

71

Джек окинул взглядом обеденный зал: все эти рожи ему доверия не внушали. Склонившись к уху старшего из своей временной команды, - смышленому темнокожему мальчишке лет тринадцати по имени Сол, - он шепнул ему:
- Хватайте подарки и дуйте все дружно наверх, в детскую. Последняя дверь справа по коридору. Оставьте все там и ждите меня на улице.
Прихватив с собой сверток с музыкальной шкатулкой, Джек пошел вслед за Мэри. На кухне не было никого, даже толстозадой кухарки, но ароматы жареного и тушеного мяса, пряных специй и свежеиспеченного хлеба витали в горячем, насыщенном паром воздухе, и у Джека, у которого со вчерашнего вечера не было во рту  маковой росинки, закружилась голова и подвело живот. Поставив шкатулку на край стола, он  снял шляпу, взял с блюда горячую кукурузную лепешку, обмакнул ее в блюдце с патокой и принялся жевать, не отрывая взгляда от Мэри с младенцем на руках. Джонни, кажется, узнал Джека и разулыбался, растянув в улыбке беззубый ротик. Впрочем, приглядевшись, Джек рассмотрел у него во рту крохотный белый зуб.

+1

72

Мэри молча наблюдала как Джек обедает нахаляву. Нет, ей не было жалко несчастных лепешек – не обеднеет, но почему-то у нее было желание цепляться к Джеку по любому поводу. Может быть для того, чтобы он заметил ее.. впрочем, он и так сюда пришел явно не просто так.
- Ты чего разоделся как попугай? – наконец спросила она. Взгляд мужчины был таким пристальным, внимательным.. и чего он на нее таращится! Можно подумать она картина или какая-нибудь статуя голой бабенки, чтобы на нее таращиться.
Рид перехватила Джонни поудобнее, прижимая его к своей груди.
- И чего ты там за склад устроил?

+1

73

Джек  сел на табурет и пододвинул к себе блюдо с лепешками и тарелочку с кружком коровьего масла, уже подтаявшего по краям. Но прежде, чем продолжить трапезу, сорвал обертку с музыкальной шкатулки и открыл ее. Зазвучала мелодия, которая наверняка была знакома Мэри, а пират со своей дамой снова закружились в танце. Джонни тут же повернулся к шкатулке, протянул к ней ручки и начал издавать курлыкающие звуки, елозя на руках у матери. Джек ухмыльнулся, довольный тем, что заинтересовал малыша подарком:
- Полезная штуковина, - сказал он, обращаясь к Мэри. -  Исполняет две дюжины  шанти. Поставь у кроватки Джонни: пусть слушает пиратские колыбельные.  Ну и остальное в том же духе, потом посмотришь. Я так решил: надо о себе сыну памятку оставить. Жизнь у моряка непредсказуемая: может, вернусь из рейда, а может, и нет.
Джек принялся за лепешки и стал уминать их с таким усердием, как будто только что высказанное им мрачное предсказание ничуть его не волновало.

+1

74

Вчера Мэри страшно злилась на Джека, просто готова была врезать табуретом по его дурной башке. Но за ночь страсти остыли и Рид была довольно спокойна, хотя с Джеком это и было непросто. Сегодня он, например, только и удивлял ее: своим нарядом, своим поведением.. своими подарками.
Воспользовавшись тем, что Джек лопает лепешки, Мэри с интересом посмотрела на шкатулку. Разве может не понравиться такая вещица! Женщина любила петь и слушать моряцкие песни; и то, что их может исполнять шкатулка, казалось небольшим черным колдовством. И целых две дюжины!
Но Рид  постаралась не показать своей чрезмерной заинтересованности: с трудом отвела взгляд от кружащихся фигур, смутно напоминающих ей кого-то, и выразительно хмыкнула:
- Не понимаю я тебя Джек. За подарки-то спасибо, конечно.. да, Джонни? – мальчик продолжал тянуться к шкатулке, но давать ему в руки такую хрупкую вещь Мэри не собиралась, только качнула его пару раз, чтобы развеселить. – Но что тебе за дело до моего ребенка? У тебя таких по всем островам, небось, не один десяток.

+1

75

Джек перестал жевать и посмотрел на Мэри:
- Мне счёт никто не предъявлял. Может, ты и права, да только мне  ни о чем таком не известно.
Он отодвинул блюдо с лепешками и закрыл шкатулку. Мелодия оборвалась, и Джонни тут же разразился плачем. Джек поспешно открыл шкатулку снова и малыш замолчал, зачарованно прислушиваясь к печальной, но красивой мелодии и следя взглядом за кружением двух фигурок.
- Дай подержать, - грубовато попросил Джек и взял Джонни из рук Мэри. Усадил на колено, осторожно придерживая ему спинку, окунул кончик пальца в патоку и мазнул ею по губам ребенка. - Сладко, правда? У твоей матушки такие же сладкие губки, сынок, а вот нрав суровый, как... Ну да ладно, все равно она - самая лучшая, так что по крайней мере с матерью тебе повезло...
Джек снова посмотрел на Мэри:
- Знаешь, что самое для меня плохое в этом? То, что ты везде растрезвонила, что Джонни - от твоего первого мужа. То есть я понимаю, что ты это сделала для его же блага, да иначе поступить и не могла. А только теперь, даже если я на тебе женюсь и сделаю тебя миссис Рэкхем, мой собственный сын будет считаться мне пасынком и носить фамилию Рид.

+1

76

Почему-то Мэри вдруг поняла: она рада, что у Джека нет других детей. Ну или он о них не знает, а это, почитай, то же самое, что и нет.
Она так задумалась, что даже не сразу поняла, что.. вернее – кого хочет подержать Джек. Лишь поэтому ребенок и оказался в руках у бывшего пирата. Рид на мгновение стиснула зубы, но тут же вновь открыла рот от удивления: самая лучшая? Она – самая лучшая?!
Помутилось у Джека в голове что ли? Мэри даже не знала, что говорить, а поэтому приняла мудрое решение не говорить ничего.
- Женишься?! – мужчина словно специально сегодня решил удивлять ее чуть ли не каждым словом. Женится? Это еще ее надо спросить: согласна ли она! То спит она спокойно одна в своей кровати, а то будет кто-то жарко дышать в затылок и храпеть громогласно. Большое удовольствие!
– Не ты ли вчера говорил мне, что лучше иметь любовника, потому что муж законный отберет все мои денюжки и имущество? И не понимаю я тебя.. ты же о Джонни только вчера узнал: чего он так тебя волнует? Ну, будет у него моя фамилия – и что? Ты, может, и не вспомнишь о нас, когда вернешься из плаванья! – Мэри подумала и добавила. – Хотя за подарки, конечно, спасибо.

+1

77

- Так я не о себе говорил, а о других, - возразил Джек, покачивая ногой, на которой сидел Джонни, отчего малыш залился смехом. - Мне твои деньги ни к чему: я твоей рабыне сказал, что хочу у тебя таверну купить, лишь для  того, чтобы объяснить свое внимание к тебе и Джонни. У меня своих денег навалом - девать некуда. Правда, большая часть не здесь, а в Лондоне. Слышала о "Компании Южных морей"? Я в апреле по совету Дженнингса на все деньги, что мне полагались из моей доли, купил акций по цене триста фунтов - не сам, конечно, а через хитрого жучка, поверенного губернатора Лоуса, который есть не кто иной, как лепший друг нашего коммодора. А в августе он же по указанию Лоуса их продал по тысяче. Вот и считай, сколько я в результате получил. А сколько получили Лоус и Дженнингс даже и говорить не буду. Самое главное, что если бы не они, я бы всего лишился: в сентябре компания обанкротилась... А ко мне мой куш скоро приплывет прямо в руки, то есть в Кингстон: по моим расчетам примерно недели через две, на торговом корабле, принадлежащем самому губернатору Лоусу, смекаешь? И вот подумай, Мэри: кому мне такие деньжищи оставить, если у меня ни жены, ни детей, ни даже троюродной тетки в Англии? Подумай о Джонни: все мы под Богом ходим, случись что со мной или с тобой - кто о нем позаботится и на какие шиши?
Джек прекратил раскачивать и подбрасывать на колене Джонни и вздохнул:
- Мать у тебя - Фома неверующий: все ей надо доказывать. А что тут доказывать, когда только слепой не заметит, что мы с тобой, - как две горошины из одного стручка? Вот и я это заметил, как только тебя увидел, сынок.

О финансовой пирамиде "Компания Южных морей" читайте здесь: https://sciencepop.ru/kto-vybrosil-deng … nye-morya/

+1

78

- Богачем, значит, заделался, - фыркнула Мэри. Рассказы о богатстве Джека не слишком тронули ее. Ну, богат он стал, и что?
Нет, это приятно, конечно, потому что, если что и правит этим миром, то только деньги и ничего больше. Но все-таки были вещи которые за звонкую монету не купишь. Вот сама Мэри, к примеру, не продавалась. И сын ее – не продавался. Хотя, и Рид это понимала, Джек и не пытался купить их.
- Я, Джек, тоже не только пеленки здесь стирала и таверной управляла, есть одно дельце.. а, впрочем, не важно. Суть в том, что моих сбережений хватит в случае чего. Мы здесь не нуждаемся, - Мэри вскинула голову. Она гордилась тем, что обеспечивала себя и свою семью сама. Что могла ни от кого не зависеть. Даже больше того: у нее дело свое было и весьма прибыльное. Не каждый мужик может такой хваткой похвастаться.
- Ладно, можешь иногда приходить к Джонни. Но фамилию он мою носить будет и этого не изменить.
В этот момент Джонни загадочно улыбнулся и по штанам Джека начало расползаться мокрое пятно. Мальчишка словно намекал: ведь забота о детях - это не только игрушки и редкое улюлюканье, это разные другие, не столь приятные, вещи.

+1

79

Джек хотел ответить, но тут почувствовал на своем колене влагу. Приподняв Джонни, он убедился, что его подозрения верны: малыш надул в штаны, только не в свои, которых у него не было, а в отцовские. Джек представил, как он выходит из таверны и идет по Кингстону в шляпе с перьями и насквозь мокрых штанах, и у него потемнело в глазах. Он вскочил, держа младенца на вытянутых руках, чтобы тот, чего доброго, не выдал добавки его расшитому золотом камзолу, и рысью припустил из кухни наверх. Джонни такая скачка, по-видимому, нравилась, поскольку он не протестовал. Ворвавшись в комнату, Джек обнаружил в ней Гбемизолу, сидевшую на полу и разглядывавшую подарки, которые она уже успела освободить от оберток. Опустив Джонни в колыбель, Джек  начал стаскивать с себя штаны, лихорадочно соображая, как ему выйти из сложного положения. Рабыня, открыв рот, смотрела на него во все глаза, не понимая, что все это значит.
- Беги на улицу, - приказал Джек, избавившись от сабли, пистолетов и мокрых штанов. - Позови мальчонку черномазого - его Солом звать. Скажи, чтобы дул на "Мэри" и принес мне оттуда сухие штаны. Одна нога здесь - другая там, поняла?
Гбемизола продолжала сидеть, таращась на причиндалы Джека и на ее полных губах играла плотоядная улыбка. Джек схватил покрывало с кровати Мэри и обмотал им свои чресла, чтобы не вводить девушку в соблазн.

+1

80

Все произошло столь стремительно, что Мэри опять сделать ничего не успело – и это уже начинало ее подбешивать. Джек выбежал так скоро, что только перья на его шляпе качнулись на прощание.
Вот так вот.. папаша!
Судя по звукам бывший пират направился в ее комнату. Ну и пусть его.. сам разберется. Только ли хватит догадки вытереть ребенка и сменить ему рубашонку, которую он намочил?
Рид высунулась, показываясь на лестнице.
- И вытри ребенка!! – заорала снизу вверх Мэри. Затем женщина невозмутимо вернулась на кухню и принялась доедать лепешки, которые не успел уничтожить Джек.
Бежать тоже наверх? С какой это стати? Он сам рванул наверх без лишних слов. А она что – служанка ему, чтобы повсюду следом носиться?

+1

81

- Ты на что это так смотришь? Ничего интересного там нет. Беги скорей, не то твоя хозяйка меня отсюда с голым задом выставит,  - поторопил рабыню Джек, видя, что она не спешит выполнять его поручение.
Девушка не торопясь поднялась к ковра и направилась к двери, вызывающе покачивая бедрами, и по пути как будто случайно задела своим крутым бедром бедро Джека, от чего он моментально почувствовал, как напряглась его плоть, которая, увы, управлялась отнюдь не головой. Как только за Гбемизолой закрылась дверь, он вернулся к колыбельке и склонился над Джонни.
- Что значит "вытри ребёнка", а главное - чем? - вслух рассуждал Джек, глядя на сына. Малыш явно чувствовал себя преотлично: лежал на спине, пускал пузыри и сучил ножками. - Вот ведь женщины! Ни словечка в простоте не скажут! Могла бы и сама вытереть, кстати. Мать она или кто? Ладно, так обсохнешь, сынок, как и твой папаша.
Джек взял сына на руки и вынул из колыбели. Уселся вместе с ним на ковер и подтащил поближе миниатюрную копию бригантины.
- Смотри, Джонни: вот на таких кораблях моряки выходят в море. Видишь две палки? Это мачты. Та, что повыше, называется грот. А та, что впереди неё и пониже, - фок. На гроте все паруса косые, на фоке - прямые. А красотка с хвостом и буферами - ундина. Я такую однажды встретил на необитаемом острове и она мне подарила огромную жемчужину. Только никому об этом ни слова, сынок,  иначе упекут твоего папашу в Бедлам.
Джонни и не пытался что-то сказать. Впрочем, он еще и не умел разговаривать: все, что доносилось из его ротика, напоминало односложные слова. Но ярко раскрашенная фигура на носу корабля его заинтересовала, и он потянулся ручонками к полным грудям ундины.
- Говорил же - весь в меня! - восхитился Джек, видя такую сообразительность в несмышленом еще младенце. - Вот это в женщине самое главное, сын: большая, красивая грудь!

+1

82

Мэри съела все лепешки, когда на лестнице показалась Гбемизола с таким мечтательным выражением на лице, словно все ее желания уже исполнились.
- Куда это ты направилась? – строго поинтересовалась Мэри, строго окрикнув женщину.
- Мистер Рэкхем велел передать мальчишке на улице, чтобы он ему новые штаны принес, мэм, - ответила Гбемизола, потупив взгляд.
- С каких это пор ты выполняешь приказы посторонних? – недовольно поинтересовалась Рид.
Ее отношения с Джеком – это только ее отношения. А ее рабы должны выполнять лишь ее указания и ничьи больше. И указания клиентов из разряда: «неси еще выпить!» или «жратвы!». 
- Простите, мэм, но я думала..
- Ладно, - оборвала Мэри рабыню. – На этот раз я тебя прощаю, но в следующий раз думай, что делаешь, а то высеку! Иди к гостям, хватит бездельничать! А мальчишке я сама все передам. Корабль «Мэри» - да?
- Да, мэм..
- Всё, иди!
Гбемизола ушла обслуживать клиентов, а Рид даже с места не сдвинулась, чтобы передать черному пацану на улице указание. И женщина сама не знала почему так поступала. Не из злости – это точно, а скорее из озорства. А вот пусть Джек в мокрых штанах погуляет! Или он думает, что быть матерью.. то есть отцом – так уж просто?
И что там сейчас с Джонни делает? Мэри обратила взгляд на лестницу и прикусила ноготь большого пальца на правой руке.

+1

83

Джек успел рассказать Джонни все, что знал об устройстве бригантины, покачать его на деревянной лошадке и даже спеть, немилосердно фальшивя, пару шанти, сожалея, что музыкальная шкатулка осталась на кухне. А Гбемизола все не возвращалась, так же как и не появлялся Сол со сменой штанов. Джонни, по-видимому, устал или же соскучился по материнской груди, и начал хныкать. Джек пощупал его рубашонку: за то время, что они находились в жаркой спальне, она успела просохнуть. Он уложил ребенка в колыбель и проверил свои штаны: ситец хорошо впитывал воду, но и быстро высыхал, и Джек счел, что еще немного, и штаны можно будет надеть - если до того момента не появится Сол.
Внезапно что-то его насторожило. Он потянул носом воздух и поморщился: пахло отнюдь не розами.
- Что за пакость? - воскликнул Джек. - Джонни, сынок, ты чувствуешь эту зверскую вонь, - как будто скунс испугался?
Джонни ответил капризным хныканьем, а потом и вовсе заревел.
- Мать твою! - ругнулся Джек, склоняясь над колыбелью и зажимая нос двумя пальцами: Джонни сбросил балласт.
Сняв парадный камзол и потуже затянув покрывало вокруг бедер, он выскочил из комнаты и помчался на кухню.
- Где горячая вода? - рявкнул он, свирепея от безмятежного вида Мэри. - Джонни обделался!

+1

84

Мэри тихонько поднялась наверх и прислушалась: Джек что-то там бормотал, потом запел – кажется все  было в порядке. Она хотела было войти, но словно некая невидимая сила заставила ее оставить отца и сына и спуститься вниз.
Ведь ей тоже было приятно, что Джеку интересен малыш. Нелепо, но это в каком-то смысле грело ее сердце.
Пожалуй что следовало приготовить еще лепешек – наверняка Джек с непривычки утомится и захочет что-нибудь сожрать. Рид достала муку, яйца, принесла с холода молока, но только начала все смешивать, как на кухню ворвался бывший пират. Но в каком виде! Вместо штанов – покрывало, камзол куда-то пропал, а лицо - прямо выражение недовольства.
- Как это – где? На огне, конечно, - спокойно ответила Мэри, хотя ей так и хотелось рассмеяться громко в голос. – Вон там.
Она ткнула пальцем, указывая направление, где можно было найти котел с горячей водой. Затем палец ее переместился в сторону.
- А там – холодная вода. Чистые тряпки можешь взять на той полке. А грязные пеленки просто выкинь в окно на задний двор. И надеюсь Джонни не обделал твой нарядный камзол?

+1

85

Джек загремел пустыми кастрюлями и котелками в поисках подходящего сосуда, с помощью которого можно было набрать горячей воды из большого котла и наполнить ею ярко начищенный медный таз: в нём, по всей видимости, делали джем или мармелад, - в общем, что-то сладкое. Сверху доносился рёв Джонни, сводящий с ума: Джек не мог понять, как Мэри удается сохранять непоколебимое спокойствие, слыша эти звуки, напоминавшие рев раненого тюленя. У него самого дрожали руки и судорожно дергалась нога, он заторопился и выплеснул на себя с полпинты кипятка. Джек взвыл и схватился за свою набедренную повязку, уронив котелок в таз и проклиная тот момент, когда дал завладеть собой отцовским чувствам. Но гордость не позволяла ему переложить грязное дело на Мэри: она и так уже усмехалась, наблюдая за его потугами.
- Дьявол.... - подытожил Джек сквозь стиснутые зубы, и плеснул в таз холодной воды, хотя с большим удовольствием вылил бы ее на свой живот, который жгло адским огнем.
Доковыляв до комнаты, он поставил таз с водой у колыбели Джонни, который так надрывался, что его личико побагровело и стало напоминать лицо старого морского волка, тридцать лет не пившего ничего, кроме крепкого ямайского рома. Набрав побольше воздуха в легкие и задержав дыхание, чтобы выдержать предстоящую экзекуцию над своим носом, Джек опустил ревущего малыша в таз и приступил к мытью. Младенец был скользким, как рыба, и все время норовил выскользнуть из его рук, продолжая оглашать комнату громкими воплями. Наконец Джек счел, что справился с непосильной задачей и, сняв с себя покрывало, завернул в него сверкающего чистотой Джонни, оставшись в одной рубахе, которая доходила ему до середины бедра, едва прикрывая ту часть тела, которой он законно гордился. Уложив Джонни на большую кровать, Джек, брезгливо морщась, вытащил из колыбели запачканную простынку и, скомкав ее, выбросил в открытое окно - так, как велела Мэри. Туда же он выплеснул и грязную воду и, выставив пустой таз за дверь, уселся на кровать рядом с Джонни, который успокоился и лучезарно улыбался, сверкая единственным зубом и помахивая перед своим лицом крохотной ладошкой с растопыренными пальчиками.
Джек задрал рубаху и взглянул на свой живот: по коже расползалось уродливое пятно ожога.
- Хорошо, что сюда попало, - с облегчением в голосе сказал он вслух, оценив ущерб. - На пару бы дюймов ниже - и конец всему...А так еще есть надежда, что у Джонни будут братья и сестры.

+1

86

Крики Джонни лишь отчасти беспокоили Рид: она знала, что ребенок просто высказывает своей недовольство и замолчит, как только все наладится. Он еще не был голоден и не был болен - вот и причин мчаться наверх сломя голову не было.
Мэри все ждала, что Джек покажет слабину, сдастся и бросит все половине дороге. В конце концов одно дело сюсюкать с ребеночком, а совсем другое - не спать ночами, убирать за ним, стирать и делать еще множество не столь приятных вещей.
Но бывший пират, так и не удостоив ее ответом и успев ошпариться, прошествовал наверх. Только тогда Мэри прыснула в кулак и рассмеялась. Затем бросила заниматься лепешками и ненадолго скрылась в кладовой, откуда вышла с баночкой в руках - ожоги на кухне не были редкостью, поэтому мазь всегда была под рукой.
Велев кухарке закончить выпекать лепешки, Рид, прихватив музыкальную шкатулку, поднялась на второй этаж, где застала Джека, разглядывающего свое хозяйство. Джонни больше не верещал - да и чего ему кричать, если новоявленный папаша со своей задачей, кажется, справился.
- Любуешься ранением, полученном в неравном бою? - хмыкнула Мэри, которой, на мгновение, показалось, что она вновь в той пещере.. женщина мотнула головой, заходя внутрь. Шкатулку она поставила на маленький столик. - Ошпарился кипятком? А то я мазь принесла, чтобы кожа с твоего самого ценного орудия не облезла.

+1

87

- Моё орудие всегда готово к бою, - заявил Джек и задрал рубаху, чтобы Мэри смогла убедиться в том, что он нуждается в неотложной врачебной помощи. - Вот здесь помажь, если не затруднит. Жутко печёт...
На правой стороне его впалого живота горело красное пятно, но, к счастью, волдырей на нем не было. В ожидании начала лечебной процедуры Джек уставился на вырез платья Мэри и почувствовал, что его орудие помимо его воли начинает приходить в боевую готовность.
- Не тяни, - попросил он, не сводя взгляда с пышной груди, выступавшей из пены оборок. - Я не железный, знаешь ли.
Мэри была дьявольски хороша, и самое плохое, что она знала это и дразнила его своей улыбкой, насмешкой, звучавшей в ее словах, блеском глаз и волос, но главное - своей изменившейся фигурой , округлившейся в нужных местах. И все же другая Мэри - мускулистая и поджарая, - занозой застряла в его памяти, и сравнивая этих двух женщин, Джек не знал, какой из них он отдает предпочтение.

+1

88

Мэри бросила на Джека косой взгляд и опять отвернулась, чтобы открыть банку с мазью. Вид Джека и его орудия не оставлял ее безразличной. По телу уже прошлась волна жара, поднимающаяся откуда-то изнутри. Совсем некстати Рид вспомнила, что у нее давно.. очень давно!.. не было мужчины. 
Но будь она проклята, если отдастся Джеку сегодня! Ему придется помучиться как минимум еще до завтра! Пусть не думает, что купил ее благосклонность своими подарками! А уж потом она ему спуска не даст!
- Знаю, что не железный, но все-таки твердый, - усмехнулась Мэри. Она открыла шкатулку и вновь фигурки пирата и женщины принялись кружиться.  Джонни довольно что-то пробормотал.
Рид обернулась, взяв баночку подошла к Джеку, склонилась и, зачерпнув кончиками пальцев немного мази, принялась легкими движениями наносить ее на обожженную кожу.  Ее рука скользила то вверх, то вниз. Дыхание женщины было глубоким и для Джека открывался особенно удачный  вид на грудь.
И Рид видела заинтересованность бывшего пирата в ней, как в женщине, и это было ей приятно - почище любого комплимента.

+1

89

Джек приклеился взглядом к вырезу платья Мэри, а в голове у него почему-то вертелась фраза, которую корабельный хирург говорил всем своим пациентам перед тем как приступить к ампутации: "Дышите глубже!"
И Джек задышал глубоко и часто, поймав себя на мысли, что неплохо бы Мэри вплотную заняться исцелением другого его органа. Но сказать об этом напрямую он не решился, - Мэри и без того проявляла по отношению к нему удивительное, несвойственное ей терпение. Можно даже сказать, что в данный момент она была столь же заботлива, как святая Магдалина, умащавшая елеем ступни Христа. Это была кощунственная мысль даже для пирата, но образ Магдалины крепко засел в голове Джека и не давал ему покоя, пока руки Мэри порхали над его животом, смазывая ожог целебной мазью. Джек поерзал и слегка переменил положение, вынудив ловкие пальчики целительницы соскользнуть на пару дюймов ниже.
- Да-а... - пробормотал он, закрывая глаза, - Да, вот здесь... очень хорошо...

+1

90

Рука Мэри продолжала поглаживать брюхо Джека, уже изрядно выйдя за пределы ожога. И ведь дело было не в то, чтобы доставить приятное бывшему пирату, а в том, что это было приятно ей самой. Она получала удовольствие и остановиться было ой как сложно!
Рид осознала это не сразу, но все же до нее дошла хитрость мужчины и в душе она восхитилась тому, как все  ловко он обстряпал. Понял ведь, что просто скинуть штаны и приподнять длинную рубаху - без толку, когда я с ней общаешься. А здесь все, будто, чин по чину - всему есть причина.
По губам Мэри пробежала улыбка, она в последний раз, хищно, глянула на солдата Джека, бесшумно вздохнув, и, довольно ощутимо хлопнув ладонью по животу моряка, выпрямилась.
- Готово! Считай, что мои ласковые руки тебя исцелили, раз тебе уже хорошо стало.

+1


Вы здесь » Нассау » Остаться в живых » Остаться в живых | Охотники за головами