Нассау

Объявление

Гостевая Об игре Шаблон анкеты
FAQ Акции

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Нассау » Восток-дело тонкое » Розы красные, фиалки синие.


Розы красные, фиалки синие.

Сообщений 121 страница 127 из 127

121

От неожиданности Генри чуть было не укусил жену за ее капризно изогнутую верхнюю губу, которую только что пылко целовал: так лязгнули у него зубы от на этот раз уже почти нестерпимой боли.
- Су-да-ры-ня...- с трудом сдерживаясь, чтобы не  выразиться покрепче, проскрежетал он сдавленным голосом, отшатываясь от Элис и сбрасывая ее руку со своего правого плеча.
Но что толку было злиться и кого он мог винить, кроме себя самого? Элис была не в себе: это было ясно уже по тому, как щедро она дарила ему свои поцелуи, мало-помалу становившиеся все более чувственными; как тесно, почти бесстыдно прижималась к нелюбимому и постылому мужу; каким мурлыкающим голосом говорила самые банальные вещи: ни дать ни взять ласковая кошечка, выпрашивающая сливок. И все это - благодаря кальяну, покурить который предложил он сам! Генри впервые наблюдал такой необычайно сильный эффект от воздействия табака на леди, и задался вопросом, что было бы, если бы вместо кальяна он предложил жене обычную сигару... Впрочем, думать было некогда: ему предстояло преодолеть  еще двадцать ступенек со своей прекрасной ношей на руках, а ноги у него уже подкашивались.
Собравшись с силами, лейтенант  молча  взял жену на руки и начал спускаться, считая про себя ступени. На пятой он  споткнулся и лишь чудом удержался на ногах. Сердце ухнуло вниз, когда он представил, как роняет  Элис и она кубарем летит по ступеням к подножию лестницы.
- Держитесь за меня крепче, - попросил он срывающимся от страха голосом. - Очень, очень крепко.

+1

122

Элис обиженно поджала губы, как только может это сделать захмелевшая девушка – складывая их капризным бантиком и немного оттопыривая. Она не понимала почему попала в немилость у Генри, хотя она очень, очень старалась целоваться. Даже обняла его, чтобы было удобнее!
Девушка покачнулась, но гордо вскинула голову, оглядывая мужа. Хотела сказать что-нибудь, но голова у нее кружилась так сильно, но в ней не удерживалась ни единой мысли – все повыскакивали. Легче не стало и когда лейтенант подхватил ее на руки: почему-то Элис больше не чувствовала себя так же уверенно, как раньше, и целовать Генри расхотелось.
- Отпустите меня, - велела, а не попросила, Элис. Теперешний лейтенант ей не слишком нравился. Он не был таким, как в комнате, а будто дрожал от напряжения и голос у него стал резким. – Отпустите! Я сама пойду.. туда.. вниз.
Она даже ударила военного ладошкой в грудь.

0

123

Генри напомнил себе, что с женщинами, особенно красивыми и строптивыми, надо обращаться, как с породистыми лошадьми: терпеливо и ласково, лишь иногда давая им хороших шенкелей. Поэтому он даже не поморщился, когда жена ударила его в грудь ( впрочем, этот удар мог сравниться с легким похлопыванием) и проигнорировал ее требование, хотя соблазн выполнить его и был: правая рука горела огнем от кончиков пальцев до шеи, а плечо будто рвала на части кузнечными клещами дюжина чертей.
Благополучно добравшись до последней ступеньки, Генри убыстрил шаг: так не терпелось ему поскорее добраться до нужной двери и избавиться от своей любимой и драгоценной, но ставшей вдруг излишне капризной ноши. Он не узнавал свою жену: ее как будто подменили! Кое-как справившись с дверной ручкой, Генри вошел в комнату и сразу же опустил жену на кровать, испытывая невероятное облегчение.
- У вас платье расстегнулось, сударыня, - любезно сообщил он жене, поскольку она, кажется, этого так и не заметила. - Сами справитесь или позвать Полли?

+1

124

Генри ее не послушал и это было даже хорошо: потому что вновь становиться циркачкой, выполняющей сложные трюки на тонкой веревке, Элис, говоря откровенно, не очень хотелось. Она только еще раз хлопнула мужа ладошкой по груди, чуть свела брови к переносице, но вырываться и спорить дальше не стала. И даже склонила голову лейтенанту на плечо, а рукой приобняла за плечи.
Но объятия вскоре закончились в ее комнате, напоенной ароматом роз.
- Это вы расстегнули, - чуть обвиняющим тоном сообщила Элис, поворачиваясь на бок и устраиваясь на кровати поудобнее. Она попробовала побороться с пуговицами, но они были столь капризны, а петельки, в которые им положено было помещаться, такими крохотными, что справиться с ситуацией не было никакой возможности. Так что девушка махнула на это рукой, тем более что лейтенант решил вдруг вспомнить о служанке.
Полли, Полли... опять Полли! Внутри тут же возникло неприятное беспокойство.
- Видеть ее не желаю, - сообщила миссис Кендал откровенно, чего в другой ситуации никогда не допустила бы. Она сложила ладошки «лодочкой» и подложила их под голову, глядя на мужа. – Сама справлюсь...
Она и хотела и не хотела (после того, как вспомнил о Полли!), чтобы он поцеловал ее. А еще Элис ощутила, что она устала: эмоции ее были столь яркими, что выпили почти все силы.

+1

125

Генри вспыхнул до корней волос: он успел убедить себя в том, что его жена ничего не помнит из того, что произошло в студии, а уж  о таких мелочах, как пуговицы, и подавно. Как горько он ошибался!
- Я?! Впрочем, не буду отрицать: мне показалось, что вы задыхаетесь от табачного дыма и я расстегнул несколько пуговок, чтобы вы могли снова дышать полной грудью.
Элис, сложившая ладошки лодочкой, снова стала похожа на себя прежнюю, и Генри захотелось усадить ее к себе на колени и целовать , пока хватит дыхания. Но, разумеется, это было невозможно. К тому же он был уверен, что она очень скоро уснет, даже не раздеваясь. Но это было неправильно, и он предложил, руководствуясь самыми честными и добрыми побуждениями:
- Раз уж половина пуговиц все равно расстегнута, а вы не хотите звать Полли, разрешите мне помочь вам приготовиться ко сну: вы ведь не будете спать одетой?

+1

126

Элис некоторое время смотрела на Генри молча. Она слышала, что он сказал, но не понимала и не стремилась понять. В голове было пусто, а в душе все перемешалось, перепуталось. Усталость, непонятная, непривычная, с силой давила девушке на веки и, чтобы сделать очередной взмах ресницами, требовалось с каждым разом прикладывать все больше и больше усилий.
Комната уже не столько кружилась, сколько мягко покачивалась, словно саама Элис лежала на качелях, которые то взлетали вверх, то опускались вниз. Мир вокруг уверенно покрывался дымкой сна, забирая вместе с собой и миссис Кендал – противиться этому не было никакой возможности. Она и не пыталась оказать сопротивление.
- Помогите, - согласилась девушка, даже не осознавая на что дает свое согласие. Она вздохнула, закрыла глаза и тут же уснула.

+1

127

Генри постоял у постели жены, не решаясь ни уйти, ни остаться. Он чувствовал, что страшно устал, к тому же раненое плечо, потревоженное недавним экзерсисом, по-прежнему давало о себе знать, причем так настоятельно, что он вспомнил о единственном полезном совете доктора Рассела: о склянке с лауданумом, который надо было принимать, когда боль становилась нестерпимой. Он уже собрался уйти к себе, но увидел на столике флакон, как брат-близнец похожий на тот, что оставил ему доктор. Вытащив пробку и понюхав содержимое, Генри убедился, что это то самое снадобье: по-видимому, добрый эскулап прописал его и Элис, чтобы она могла утишить боль от ожогов. Отхлебнув из флакона, он лег на постель рядом с женой, не прикасаясь к ней, а только любуясь ее нежным, осунувшимся от забот о нем личиком, и слушая ее ровное дыхание. Лишь мысленно он мог позволить себе избавить ее от платья и остальных деталей женского туалета, чтобы покрыть поцелуями каждый дюйм ее тела, начиная с крохотных розовых ноготков на пальцах ног и заканчивая линией роста волос на лбу. Сон, призываемый благоуханием опиумного мака и роз, сморил его незаметно.

Эпизод завершен

0


Вы здесь » Нассау » Восток-дело тонкое » Розы красные, фиалки синие.