Нассау

Объявление

Гостевая Об игре Шаблон анкеты
FAQ Акции

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Нассау » Морские просторы » Не ходите, дети, в Африку гулять


Не ходите, дети, в Африку гулять

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Действующие лица: Бенджамин Джонс, Генриетта "Генри" Берч
Время: лето 1714 года
Место: Гвинейский залив, Золотой Берег неподалеку от датского форта Кристиансборг (город Аккра)
Спойлер: "Леди Годива" без приключений достигла Золотого Берега и встала на якорь неподалеку от Аккры и защищавшего город форта Кристиансборг - вотчины датчан. Капитан "Леди Годивы" Пирс Джонс собирается погреть руки на выгодном для себя обмене с туземцами, за бесценок приобретя золото, невольников и пальмовое масло.

Источник творческого вдохновения

https://68.media.tumblr.com/53dada62ea10ff78a6683eeb1018937f/tumblr_oeoh3nLzRW1rchkzlo1_400.gif
https://68.media.tumblr.com/4d6c60ffc0fd981338abe23cea3a348a/tumblr_nq025mmLDi1tzv1dpo1_500.gif

Отредактировано Бенджамин Джонс (2017-06-04 11:28:30)

+1

2

- Ну и пекло! Небось в аду и то прохладнее.

Боцман, прищурившись, смотрел на берег, поросший густым лесом.

- Ты радуйся, что мы на побережье и сейчас июль, а не ноябрь или февраль: говорят, что зимой дует ветер с севера, местные называют его харматтан, так от этого ветра пыльные  бури такой силы, что  бегемота с ног сбивают. - возразил Бен, хотя и его донимала жара.

На "Леди Годиве" дым стоял коромыслом: матросы готовили шлюпки к спуску на воду, перетаскивали из трюма мешки и тюки с дешевой мелочевкой, которую собирались на берегу обменять на гораздо более ценные товары, чистили оружие. Окрестные племена с чудными названиями акан, моле-дангмон, эве, адагме, от произнесения которых можно было язык сломать, часто воевали друг с другом и всегда были готовы продать своих пленников белым торговцам. Однако если купля-продажа пойдет не так ( мало ли какая муха укусит того или иного вождя), - белым придется защищаться.

- Эй, дурень, ты как узлы вяжешь, бантиком? Я те щас язык бантиком завяжу! - вдруг благим матом заорал боцман, награждая увесистым подзатыльником молодого паренька, - одного из тех, что недавно перешли на "Леди Годиву" с "Чайки".  На глазах у матроса выступили слезы боли и обиды, но он смолчал и начал перевязывать узел, сгорбившись и вжав голову в плечи, явно опасаясь новой затрещины.

Бен не вмешивался, но втайне радовался, что на месте пострадавшего от кулака боцмана не оказался Генри.
Оставив боцмана надзирать за погрузкой, он пошел на поиски Генри, собираясь взять его с собой на берег. Мальчишка был живой и непоседливый, как ртуть: запрыгнет в другую шлюпку и ищи его свищи.

Отредактировано Бенджамин Джонс (2017-06-04 12:28:37)

+1

3

Леди Годива паниковала что дама на выданье, и Генриетта в лучших эмпирических традициях подхватила тенденцию - занервничала ещё тогда, когда берег замаячил на горизонте, и, вписавшись в нескончаемую матросскую пляску по палубе, вовсе не избавилась от засевшего под кожей безумства - суша, суша, суша! - да ещё какая! Чужая, неизведанная! Генри уронила кому-то на ногу тяжёлый мешок, ухитрилась вовремя вынырнуть из-под упавшего вместе с грузом матроса и, кажется, больше навела шороху, чем устранила, но стыдно ей было только за то, что она то и дело пыталась выловить из пиратской толпы знакомую макушку Бена. Маленькая Бёрч привыкла считать себя самостоятельной, и такие вот детские рефлексы казались ей чем-то чужеродным, чем-то, что она оставила за бортом ещё в родной Англии.
- Не лезь под руку, - гавкает над ухом здоровенный мужик, и она горной козой прыгает в сторону шлюпок - там ещё теснее, но, чем быстрее она окажется на берегу, тем...спокойнее, конечно, вряд ли, но больше шансов пережить высадку. Бенджамин Джонс, чёрт бы его побрал, обнаруживается достаточно быстро и как-то невзначай, Генриетта тоже как-то случайно пихается ему под бок (потому что там нонче - самое безопасное место на всей грешной земле), трогательно прижимает к себе мешок с вещами и позволяет упаковать себя в лодку. Грести Генри не дают, но она и не претендует, земля и чудаковатые деревья, что на ней растут, не дают ей покоя, и Бёрч даже рискует привстать с места, высматривает бледное, серо-жёлтое тело Африки, говоря о которой, каждый матрос в кубрике днём ранее сплюнул. Говорили много всего дурного, настолько дикого и чуждого взращенной в сердце цивилизации Генриетте, что она полагала чёрных людей-людоедов с продырявленными носами и длинными шеями скорее сказками, чем суровой явью.
- Что такое это "чёрное золото", за которым мы плывём? - украдкой спрашивает она, и один из гребущих заходится гоготом.

+1

4

- Чернокожие невольники,  - коротко объясняет Бен,  испепеляя взглядом весельчака, ржущего над невежеством юнги.

В качестве рулевого он пристально следит за тем, чтобы весла гребцов поднимались и опускались в такт. Генри сидит рядом, вернее - у его ног, доверчиво привалившись к боку и прижимая к себе мешок с вещами. Бен мысленно усмехается: надо же, потащил все свои пожитки с собой...Интересно,что там, в мешке? Библия, которой снабдила сына в дорогу заботливая матушка, или какие-нибудь ребячьи безделушки, которые любому мальчишке дороже золота и слоновой кости? У него таких было три: гладко обточенный стеклянный шарик, соколиное перо и колечко из каштановых волос Бекки Смит, - дочки сельского кузнеца, с которой он обменялся поцелуем на задах школы, что лепилась к церкви. Бекки подарила ему это кольцо на Пасху, покраснев, как маков цвет, а он ничего ей не подарил, просто поцеловал еще раз, от чего она стала и вовсе пунцовой. Глядя на Генри, Бен впервые замечает внешнее сходство мальчишки со своей первой подружкой: цвет волос как у спелого каштана, глаза темные, яркие и большие, как плошки, кожа гладкая и оттенком напоминает свежие густые сливки: так и хочется лизнуть. Вот черт.... Бен отодвигается от юнги, ощущая жгучий стыд за свои мысли, навеянные воспоминанием о Бекки.

- Навались, ребята! - командует он: берег  всего-то на расстоянии полумили, но надо  преодолеть высокие волны, грохочущие у самой кромки.

- Акула по правому борту! - возглас одного из матросов заставляет Бена похолодеть. Он инстинктивно притягивает к себе Генри, защищая от грозящей опасности, и смотрит туда, где мелькает темный треугольник.

Отредактировано Бенджамин Джонс (2017-06-08 14:21:54)

+1

5

Генриетта относилась к рабам с истинным равнодушием лондонской аристократки - на Альбионе рабство носило много более мягкий характер, а темнокожий народ порой работал и за - ах, этот славный век с его нововведениями! - за деньги, так что никогда не видавшая настоящих страданий Бёрч почему-то считала, что ничего дурного в этом нет. Ровно так же, как считала, в общем-то, вся Англия.
- Разве "Леди Годива" вместит нас всех? - только робко уточняет, кажется, ухитрившаяся смутиться матросского смеха барышня, потому что её кубрик и без того немного пугает, а уж если напихать в свободные гамаки (коих, словом, немного) их новый "товар", кажется, воздух потяжелеет до степени, когда стеснительные лёгкие дворянской девочки откажутся им дышать. Размышления Генри о бренности делёжки пространства с лишним десятком дай бог если мывшихся в том году мужчин прерывает вскрик одного из матросов. Тут-то! Тут-то на душе становится липко и холодно, потому как Бёрч акулу никогда не видела, видела только страшный чёрный треугольник, эдакую транскрипцию слова "опасно" на морской сленг, и оттого ей было много страшнее, чем всем остальным. Именно поэтому к боку Бена она прижимается особенно сильно; для того, наверное, чтобы первый раз в жизни хлебнуть из того самого женского флакона с беспомощностью вперемешку с надеждой на то, что вот тот вон большой и сильный мужчина рядом сейчас всё решит. Будь у Генриетты время пообмозговать всё это, она непременно поняла бы, зачем соседская дочка Анель, сломав туфлю, кажный раз делала из того драму, и кажный же раз, охая и ахая, оказывалась практически отнесена в дом кем-нибудь из мальчишек.
Увы, сейчас проблема была немного крупнее: плавник рвал и резал волны вокруг, под ним могло оказаться всё, что угодно, и Генри с каждой секундой теряла в решительности.

Сковавшая по рукам и ногам паника отступает только тогда, когда ей в руки суют что-то острое - именно тогда морская тварь впервые ударяется носом о дно лодки, и англичанка чуть не лишается равновесия - а вместе с ним и только-только полученного оружия. Одна худая юношеская кисть совершенно паучьим образом сжимается на древке, а вторая, кажется, пытается оторвать от Бена кусок.

+2

6

Бен акул видел и раньше: в тропических теплых водах прожорливые твари сопровождали «Леди Годиву» как фрейлины – королеву Анну, в свою очередь сами сопровождаемые верными пажами в лице рыб-лоцманов. Должно быть, корабль казался им какой-то особой разновидностью китов, кто знает. Пару раз матросы  ловили акул на приманку: вечно голодные чудища тянули в пасть что ни попадя, включая пустые бочонки для пресной воды. Бен вспомнил  зловещий полумесяц акульего рта, утыканный несколькими рядами острых, как бритва, зубов: даже мертвая, акула вызывала благоговейный ужас. Но сейчас их утлая лодка столкнулась с живой хищницей, и, к несчастью, в самом прямом смысле этого слова. От удара лодку тряхнуло так, что Бен не удержался и полетел в воду, по-прежнему крепко удерживая Генри. Хотя на самом деле сложно было сказать, кто кого держал крепче: он юнгу или юнга его. Потревоженная тяжестью тел вода почти сразу же снова сомкнулась над двумя головами: тяжелые сапоги и моментально промокшая одежда тянули Бена вниз, не говоря уже о Генри, повисшим на нем что  чугунное пушечное ядро, которое моряки привязывают к ногам покойника перед тем, как отдать жертву морю.
Берег, к которому шла лодка, полого спускался в воду, поэтому глубина оказалась не настолько большой, как опасался Бен. Оторвав от себя мальчишку, он с силой толкнул его вверх и, оттолкнувшись ногами от песчаного дна, устремился следом, молясь про себя, чтобы Генри не оказался прирожденным моряком – такие, насколько он знал из наблюдений, плавали немногим лучше топора. На поверхность они вынырнули совсем не там, где нырнули: мощное  течение оттащило их на несколько сотен ярдов от места падения. Барахтаясь в соленых волнах, Бен огляделся, ища взглядом лодку, но вместо нее увидел лишь кипящий водоворот и услышал предсмертные вопли матросов, с которыми расправлялась стая акул: та, что напала первой, была не одна. Спасительный берег был достаточно близко, гораздо ближе, чем место пиршества кровожадных тварей. Голова Генри маячила рядом с ним.

- Держись за меня нежно, как церковный служка за святые дары, иначе оба утонем, - командует Бен, радуясь, что мальчишка способен хотя бы держаться на воде. - Главное сейчас - преодолеть полосу прибоя и  оказаться на мелководье

Пытаться вплавь вернуться к «Леди Годиве» в сопровождении стаи акул больше смахивало на самоубийство.

Отредактировано Бенджамин Джонс (2017-06-14 07:58:24)

+1

7

Генри держалась совсем не нежно - скорее пыталась разорвать Бена на мелкие кусочки по числу своих чудных пальчиков, впивавшихся в одежду и плоть несчастного пирата коронной женской хваткой. И не разжавшихся даже тогда, когда их выкинуло за борт. Когда англичанка не нащупывает ногами дна (и не мудрено, ведь Генриетта - барышня мелкого калибру), то, кажется, с перепугу вообще чуть Джонса не топит, так отчаянно цепляется за чужую шею. Плавать она худо-бедно, да могла, только медленно и неторопливо, как плавают маленькие собачки французских благородных дам, и ровно так же, как такая вот собачка, шла ко дну и отчаянно барахталась, стоило чему-нибудь её напугать.
- Держусь, - мрачно булькает Генри, когда мимо неё по течению проплывает чья-то нога - кажется, они не стали главным блюдом сегодня, но вполне сойдут за десерт. Подумав, она занимает стратегическое место за спиной у Бенджамина - обхватив пирата руками-ногами-будь у неё ещё какие конечности, непременно привлекла бы их к этому нехитрому делу! - барышня изо всех сил старается не думать о том, что прямо сейчас проносится мимо них в мутной пучине африканских вод. И о том, например, что куда-то промеж лопаток её компаньону сейчас упираются тщательно маскируемые, но в воде и под намокшим бинтом куда более очевидные два свидетельства её очень необычной...кхм, тайны.

Ах, узнай матушка, что Генри в одних штанах да рубахе будет так трепетно жаться к - вероятнее всего, мадам Бёрч окрестила бы это "грязной пиратской спиной", - отправила бы в монастырь ещё многие-многие годы назад. Чтобы, значится, честь семьи не порочить. Генриетта, увы, обходилась прожиточным минимумом из пункта "никто не домогается, спасибо и на том", и была такова.
- Не могу сказать, что отлично плаваю, - таки решает поделиться барышня, тоскливо поглядывая на берег. Если держаться за Бена руками, а ногами грести...Мимо проплывает ещё какое-то свидетельство акульей вечеринки нешуточных масштабов, и юношу неделикатно тыкают под ребро - мол, плыви, чего стоишь? Генриетта, хоть и чувствует себя неуклюже, почему-то уверена, что пират не сбросит её балластом. Видимо, сказывались последние недели совместного прозябания на палубе.

0


Вы здесь » Нассау » Морские просторы » Не ходите, дети, в Африку гулять