Нассау

Объявление

Гостевая Об игре Шаблон анкеты
FAQ Акции

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Нассау » Сундук Дэйви Джонса » Пришельцы. Рождественский выпуск.


Пришельцы. Рождественский выпуск.

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Действующие лица: боцман Билли Бонс, кок Джон Сильвер, капитан Флинт, Геката, НПС.
Время: под Рождество.
Место: Нью-Провиденс 1714, Лондон 2016
Спойлер: Даже самый бесстрашный пират бессилен против обиженной женщиной.

Отредактировано Билли Бонс (2016-12-06 14:49:49)

0

2

Камбуз «Моржа» был святилищем, кок – его главным жрецом, а большая дровяная плита – алтарем, на который  жрец приносил жертвы в виде сочащихся кровью отбивных. Отбивные на «Морже» появлялись редко, лишь тогда, когда корабль стоял на приколе у берега и по большим праздникам, коих на «Морже» было два: Рождество Господне и день рождения капитана Флинта. К  унынию команды, именины капитана  праздновались раз в четыре года, поскольку выпадали на 29 февраля, оставалось Рождество. И сегодня был именно тот самый счастливый случай. Главный жрец вооружился деревянным молотком и при помощи этого кулинарного инструмента принялся отбивать добрые куски свиного окорока, украшенные узором из  прожилок сала. Добившись нужной толщины, он как следует посолил и поперчил отбивные, обвалял их  в муке и бросил на раскаленную сковороду, на которой скворчало масло.
- Пиастры! Пиастры! - хриплый и пронзительный крик, раздавшийся откуда-то сверху, мог быть принят за пророчество оракула, однако Джон Сильвер по прозвищу Окорок давно уже не верил ни в бога, ни в черта, к тому же прекрасно знал, что  дерет глотку не оракул, а ручной попугай, которого он про себя называл Флинтом, однако остальным членам команды было о том невдомек:  им эта большая и яркая птица была известна под именем Жако.
- Заткнись! – грубо оборвал Окорок причитания пернатого, а вдогонку словам швырнул в него старым башмаком. Башмак этот прослужил Окороку лет десять, не меньше, но стал не нужен после того, как его левую ногу оттяпал корабельный хирург. И однако, кок сохранил это сентиментальное напоминание об отсутствующей конечности и использовал его вместо метательного снаряда, когда надо было призвать к порядку болтливого попугая.
- Заррраааза, - обиженно откликнулся попугай и нахохлился на невидимом насесте.
- Пиастры... Где они, эти пиастры... Ты бы еще адресок назвал, чтобы мне на старости лет лишиться всего, что нажито непосильным трудом, - проворчал Окорок, подозревая попугая в том, что тот собирается разболтать всему свету, где его хозяин хранит свои сбережения.  Холщовый мешок, под завязку набитый дублонами,  долларами и пиастрами не был зарыт на необитаемом острове, и не был отдан на хранение в Торговый дом Гатри: он хранился в потайном отсеке большого ларя с маниокой, на котором кок спал, охраняя свои богатства даже ночью. Никому и в голову не пришло бы заглянуть в этот ларь, чтобы поживиться съестным: мука из маниока отдавала несвежим навозом и приготовленную из нее студенистую кашу можно было есть только в сопровождении остро пахнущего соуса. Но после выступления попугая кок решил убрать ларь с глаз долой, задвинув в самый темный и грязный угол камбуза. Вот только как это сделать, когда у тебя всего одна нога и костыль подмышкой? Надо звать Билли Бонса: молодой силач играючи справится с ларем, да к тому же он честный парень и не будет совать нос куда не надо. И за это получит отбивную с пылу с жару.
Подбитая железным кругляшом деревяшка заскользила по покрытому жиром деревянному настилу, и кок с трудом удержался в вертикальном положении, вцепившись обеими руками в поленницу. Железная набойка на деревянной ноге давно уже износилась, надо было ставить новую, да только руки не доходили. Культя заныла, напомнив об ампутации и о том, как он орал благим матом, несмотря на то, что хирург влил в него пинту чистого рому и засунул меж зубов деревянный брусок, чтобы пациент не откусил себе язык от боли. Потом были долгие дни и ночи в аду, и хоть бы рядом была какая-нибудь добрая рука, которая погладила бы его по лысому темечку и вовремя поднесла чарочку обезболивающего. Хрена с два: ром ему выдавали лишь тогда, когда он, ополоумев от боли в воспаленной культе, своими стонами не давал спать остальным. 
Куски мяса на сковороде заурчали и начали слегка дымиться. Еще немного – и покроются жженой коркой. Сильвер подхватил костыль и бросился к плите. Сдернув сковороду с огня, кок перевернул отбивные и из его широкой груди вырвался вздох облегчения: мясо не успело подгореть и выглядело таким аппетитным, что слюнки текли. Пора звать Билли Бонса, пока не остыло.  Окорок оперся на костыль и пошкандыбал к выходу:
- Мистер Бонс! – зычно рявкнул он в открытую дверь. – Пришвартуйтесь к камбузу, если не трудно: несчастному инвалиду нужна ваша помощь!

[nic]Джон Сильвер[/nic]
[sta]Кок[/sta]
[ava]http://s4.uploads.ru/3j0LG.jpg[/ava]

+2

3

День был жаркий, даже в тени воздух казался густой патокой, но мужчина уже давно привык к субэкваториальному климату.  Привык, но так и не полюбил. Вест-Индия была для Уильяма все равно что надоевшей супругой,  с которой живешь по привычке, тоскливо храня верность обету, данного когда-то небу. Небу  и той призрачной  девушке, которая куда-то очень быстро исчезла после свадьбы, превратившись вдруг в ворчливую  бабенку, со следами былой красоты на морщинистом лице.   
Невеселые мысли и тоска атаковали  боцмана каждый год, едва на Нассау падал декабрь.
И от того, что декабрь практически ничем не отличался от июля или, скажем,  августа, хандра Билла  походила на плач  Андромахи, настолько бедняга Уиллл чувствовал себя безутешным. И чем стремительнее приближался Сочельник, тем угрюмее становился боцман.
Бонсу хотелось праздника, настоящего,  с елью, Сантой и традиционным шарфом в подарок, связанного матушкой.  Мужчина  вздохнул, зная наперед, что его ждут только подгоревшая отбивная, бутылка рома и ночь с одной из красоток в таверне Нью-Провиденс. Не такое уж и унылое времяпровождение, но....  Жениться уж что ли, в самом деле.
Крякнув от досады, Билли,  подхватив  пару мотков каната,  двинулся было к трюму, когда  до него долетела сладкоголосая трель кока. Уилл опешил, остановился, едва не выронив поклажу из рук.   
Мистер Бонс? Инвалиду нужна помощь? Прости Господи, он не ослышался?!
Старина Сильвер был фигурой, если и не фундаментальной, (ибо все на "Морже" знали, что на корабле лишь одна фундаментальная личность), то очень внушительной.  И если, допустим, Джошуа внушал просто страх, то  Джон Сильвер  вселял  трепет.  Пожалуй, не нужно уточнять, что трепет этот был отнюдь не сердечный.  Кок и до увечья не отличался спокойным нравом, а после потери конечности стал просто неуправляемым. Одного случайного взгляда на его деревяшку было достаточно, чтобы Сильвер  запустил в любопытного костыль. И не дай Бог кому-то, даже шепотом, обронить слова "инвалид" и "калека".   А уж если кто-то осмеливался ругать его стряпню, то и вовсе сушите весла.     
Снедаемый любопытством, Уильям сунул голову в дверь камбуза.
- Здорово,  старина.
Запах поджаренного мяса, напомнил Билли, что время давно уже перевалило заполдень.
-  Мистер Сильвер, только не говорите мне, что надо притащить на камбуз ель. Пощадите беднягу боцмана, -  и хоть  Бонс произнес это тоном  серьезным  и непоколебимым, глаза выдавали, что он подтрунивает.   Уильям, пожалуй, был единственным из команды, кто не боялся этого делать.

Отредактировано Билли Бонс (2016-12-14 00:20:37)

+3

4

Хм... а что, это мысль! Светлая голова у Билли! Но чему удивляться: молодой ещё, не успел как следует проспиртовать мозги ромом, оттого и соображает за четверых. Конечно, елки им в Нассау не отыскать, но есть пальмы, обвешанные кокосами. Добавить пару гирлянд из оранжевых апельсинов – будет самое то. А на верхушку вместо вифлеемской звезды приладить чучело Флинта. Не капитана – такую тяжесть ни одна пальма не выдержит, - а попугая Флинта. Сильвер бросил кровожадный взгляд на птицу, нахохлившуюся в своем углу: больше не будет языком молоть почем зря! Передвигать сундук он передумал, уселся на свои сокровища и оперся подбородком на костыль, устремив на боцмана пронзительный взгляд серых глаз:
- Ты угадал, Уилл: нам действительно нужно рождественское дерево! Сложим под него подарки для команды: ты ж знаешь, что наш капитан каждый Сочельник выдает ребятам один большой подарок: стоведерную бочку выдержанного рому и мешок сдобных сухарей с изюмом! Но ёлкой, то есть пальмой, займемся чуть позже, а пока садись и отведай свежего окорока: отбивная знатная, еще утром бегала по острову.
Сильвер кивнул в сторону сковороды, предлагая боцману самому выбрать наилучший кусок, и задумался о том, как провести ночь под Рождество. Самым верным способом было бы отправиться в бордель, но отсутствие ноги делало эту миссию практически невыполнимой. Пришлось бы тащиться в обнимку с костылем на второй этаж, где располагались комнаты для свиданий, - так и сердечный приступ схлопотать недолго! И кому тогда достанутся его денежки? У него же ни одной родной души отсюда и до Лондона, даже завещать сундук некому. Если б не Флинт, он бы позвал пару красоток к себе на камбуз, но водить девиц на «Морж» было строжайше запрещено. Значит, придется торчать сам-один на борту под рождественской пальмой, попивая ром и глядя на звезды: вся команда уйдет в загул на берег, как пить дать. Разве что  Флинт останется, но на его общество Сильвер особо не рассчитывал: наверняка запрется в каюте и будет до первой звезды читать своего Марка Аврелия. Сильвер подозревал, что от Марка Аврелия давно остался лишь сафьяновый переплёт, а внутри были непристойные картинки за полпенни. Эх, заглянуть бы одним глазком! Джон Сильвер тоже умел читать, особенно хорошо  получалось разбирать подписи под картинками. Мог также вывести на бумаге свое имя или поставить крест вместо оного, если было лень водить скрипучим пером. Но считал он гораздо лучше. В общем-то, развлечение у него было: оставшись в одиночестве, пересчитать монеты в сундуке – следующая возможность сделать это выпадет только на  будущий Сочельник. Либо это, либо кое-что не менее приятное. Лишившись ноги, кок освоил новое ремесло: вязание чулок.  Для моряка, привыкшего к морским узлам, это было плёвое дело, но оно странным образом утихомиривало ставший вздорным нрав и настраивало на миролюбивый лад, а кроме того, помогало экономить: покупать готовую пару чулок, имея всего лишь одну ногу, значило пускать деньги на ветер. Сильвер вспомнил, что в рундучке у него помимо запаса носильной одежды хранится красный шерстяной чулок с узором из зеленых ёлочек  – его первая проба на ниве чулочного ремесла. Загляденье, а не чулок! В его родной Англии такие вывешивали над каминами, чтобы святому Николаю было куда переложить подарки из своего мешка.
- Уилл, а открой-ка вон тот рундук, -  попросил кок, сам себе удивляясь: на него вдруг нахлынуло христианское настроение вкупе с желанием сделать подарок ближнему. – Я тебе подарочек припас, на самом верху лежит, завернутый в вощёную бумагу. Только не отказывайся, не то обижусь.

[nic]Джон Сильвер[/nic]
[sta]Кок[/sta]
[ava]http://s4.uploads.ru/3j0LG.jpg[/ava]

Отредактировано Рулевой (2016-12-15 12:11:43)

+1

5

"Что я чокнутый, чтобы отказываться?" - мелькнуло в голове боцмана. Положа руку на сердце, Уильям не верил в доброе расположение судового кока. Слишком уж у одноногого был неуправляемый нрав. Доброта, увы, не являлась его добродетелью, её даже нельзя было причислить к его многочисленным недостаткам. Злость, ярость, мстительность и острый ум - те качества, которые украсят любого пирата. А Сильвер пират был отличный. "Морж" не был местом раскаявшихся грешников. Это был просто корабль полный страждущих и потерянных душ.
"Летучий Голландец", который никогда не пристанет к берегу. К берегу, на который захочется сойти и уже никогда не вернуться.
Всё это была рождественская хандра, что душила боцмана каждый декабрь, как зимняя простуда душит разболевшееся горло. В Нассау у Уилла болела разве что голова от рома или от болтовни неугомонного Йорика. Тряхнув головой,  прогоняя хмурые мысли, высокий, как мачта Бонс, в два размашистых шага оказался возле сундука. Откинул крышку. Достал завернутый в вощеную бумагу сверток. Подарок? Подарок от Сильвера?
- Что там? - настороженно спросил Билли, не рискуя разорвать обертку. Он уже приготовился к дикой и обидной шутке,  вприщур посмотрев сначала на кока, затем на его попугая.
Цветастая птица нахохлилась и пророкотала:
- Пиаастрры! Сундук! Пиааастрры! Зарраааза!

Отредактировано Билли Бонс (2017-04-08 02:01:59)

+1

6

- Пиастры! - язвительно отозвался кок, вторя своему пернатому суфлеру. - Пиастры, дублоны, реалы и американские доллары! Слушай, Уилл, дареному коню в зубы не смотрят. Разворачивай бумагу и пойдем уже на берег размять ноги.
Единственная нога Сильвера и вправду затекла от долгого сидения. И не только нога, но и задница, и почему-то даже шея, сзади напоминавшая холку племенного быка. Опершись на костыль, кок встал с сундука и пошкандыбал к выходу из камбуза, прихватив по дороге абордажный топор средних размеров, которым он одинаково лихо рубил на обивные говяжий филей и головы врагам. Разгуливать по рождественскому Нассау с абордажным топором за поясом было не слишком уместно, но ему с боцманом позарез была нужна пальма, поэтому пришлось прихватить с собой инструмент для рубки. Конечно, орудовать двуручной пилой им  было бы гораздо удобнее, да и дело заспорилось бы быстрее, но на "Морже" не было двуручной пилы. Как-то все руки не доходили обзавестись ею, наверное потому, что нужда в ней бывала только раз в год, под Рождество, а корабельный плотник обходился и без нее.
На палубе было пусто, хоть шаром покати. Двое вахтенных матросов оставили свой пост и улизнули в кубрик, чтобы втихаря от Флинта глотнуть рома, нацеженного из бочки - это уж как пить дать. Сильвер подумал о том, что надо бы дождаться их возвращения и накостылять обоим по шее в прямом смысле этого слова, но потом решил не портить парням Рождество. Что такое глоток рома против галлонов и пинт, которые в данный момент вливали в свои луженые глотки их товарищи, отмечавшие Сочельник в многочисленных городских тавернах?
- Билли! Ты идешь или нет? - рявкнул Сильвер, в глубине души переживая, понравился ли боцману его подарок

[nic]Джон Сильвер[/nic]
[sta]Кок[/sta]
[ava]http://s4.uploads.ru/3j0LG.jpg[/ava]

Отредактировано Рулевой (2017-04-11 10:22:33)

0

7

Билли давно не получал подарков. Наверное, еще со времен своей юности в Англии. И потому неожиданный жест кока скорее насторожил, чем тронул. Сильвер человек был непредсказуемый,   сложный, расчетливый и не принадлежал к числу тех простых парней, кто живет одним днем, у кого душа нараспашку.  Вязаный красный чулок с веселыми ёлочками  выглядел неправдоподобно ярко в темном, закопченном  камбузе, где запах подгорелого мяса смешивался с запахом  дешевого рома и помоев.  Ему явно что-то от меня нужно, решил боцман, прежде чем подняться на палубу. Совсем это было не в духе прожженного морского подранка.
- Я думал, ты шутишь про...  дерево, -  удивился Уилл, когда коснувшись твердой земли, увидел, как Сильвер уверенно заковылял  по направлению к пальме. 
- Кто ее волочь-то на "Морж" будет?! - возопил боцман, начиная подозревать, что вот она, цена подаренного чулка.
- Слушай, старина, капитан приказал найти эту старуху. Гекату. Просил купить у нее одно зелье. Не знаю уж зачем ему, сам знаешь, капитан не любит лишних расспросов. 
Перспектива встречи с местной колдуньей боцмана не радовала, слишком уж пронзительный был у той взгляд. Билли её не жаловал и старался обходить стороной, но просьбу капитана  проигнорировать не мог.  И, положа руку на сердце, лучше уж потерпеть общество сумасшедшей старухи, чем рубить пальму.

Отредактировано Билли Бонс (2017-04-12 00:51:50)

+1

8

Подарок боцмана как будто не разочаровал, хотя Сильвер не прозакладывал бы на это свой последний костыль. Билли был парень воспитанный, не чета прочим, и мог сделать вид, что доволен, а там кто его знает...Сойдя на берег, Сильвер сразу же присмотрел нужную пальму и, заковылял к ней, увязая костылем в песке. Хорошее деревце, лучше всякой елки: стройное,не слишком высокое, - всего-то в половину грот-мачты, - с раскидистой ажурной кроной, на которой там и сям висели крупные орехи. Опираться на костыль и махать топором было несподручно: пару-тройку ударов кряду Одноногий бы осилил, но не больше. Поэтому он собирался торжественно  вручить топор молодому и дюжему боцману и благословить его на ратный труд, но оторопел, услышав его слова. Флинт просил раздобыть зелье у местной колдуньи? А на кой ляд оно ему? В зельях Сильвер разбирался хуже, чем в денежных знаках Старого и Нового Света, но однажды, отдыхая в борделе, краем уха услышал, как две девицы, которых он только что как следует обслужил, перешептывались  о "заворотных" зельях. Хотя Сильвер тогда так надрался, что мог расслышать неверно. В любом случае он не мог взять в толк, при чем тут "заворот". Про заворот кишок он слыхал от корабельного хирурга, и как следует заложить за воротник в ближайшей таверне тоже умел. Может быть, и зелье надо было закладывать туда же, чтобы быстрее подействовало? Больше всего его раздосадовало, что Флинт поручил это важное дело зеленому юнцу, а не ему, старому морскому волку.
- Ты не знаешь, так я знаю, - важно сказал он, чтобы утереть боцману нос. - У капитана шею скрутило: ревматизьм! Сквозняком продуло вчера ночью, пока он в гальюне сидел: там такие ветра задувают, что только держись! Только о гальюне - никому ни слова, иначе капитан нам с тобой головы открутит. Ладно, так и быть: пальму срубим потом, а покуда айда к знахарке, вытребуем у нее растирки для кэпа. Да и мне не помешает намазать что- нибудь: что-то последнее время колено скрипит и в боку ломит. Где она обретается, эта Геката?

[nic]Джон Сильвер[/nic]
[sta]Кок[/sta]
[ava]http://s4.uploads.ru/3j0LG.jpg[/ava]

Отредактировано Рулевой (2017-04-12 11:45:48)

0

9

Геката обреталась там же, где и обычно: на приморской улице, на своем привычном коврике. Перед женщиной, как всегда. стояла миска, наполненная камешками, бобами, мелкими косточками. Поблизости, как всегда, сидели трое мальчишек-беспризорников, играли в ножички и не глядели в сторону старухи.
Перебрасывая с руки на руку горсть бобов, старуха глядела вдаль, на синеющее меж домов море, и думала о чем-то своем.
На коврик упала тень. Перед гадалкой остановилась дамочка неопределенного возраста, расфуфыренная, накрашенная, с глубоким вырезом бархатного платья. Глядя на старую женщину сверху вниз (в прямом и переносном смысле), дамочка произнесла надменно:
- Говорят, ты умеешь видеть чужие судьбы. Ну-ка, расскажи о моем будущем - кого ты там видишь?
И, развязав изящный кошелечек из мягкой кожи, достала оттуда монету.
Бобы с шуршанием ссыпались с морщинистой ладони обратно в миску.
Геката уделила молодящейся дамочке лишь один взгляд - а могла бы и вовсе не смотреть. Хватило бы и того, как эта особа задала вопрос. Не "что ты увидишь в моем будущем", а "кого увидишь"...
- Я вижу карету, - заговорила гадалка ровно и бесстрастно. Она глядела мимо дамочки - на море. - Прекрасную карету, запряженную четверкой гнедых лошадей. В карете сидит мужчина, на нем дорогой камзол, черный с золотом...
- Как выглядит мужчина? - жадно спросила клиентка, вертя монетку в пальцах. Солнце играло на маленьком серебряном диске.
- Он немолод, но статен и крепок. Длинные темные волосы с проседью, борода клинышком, ухоженные усы. Крупный нос, массивный подбородок. На левой щеке - старый шрам...
Дамочка хищно улыбнулась и бросила монетку назад в кошелек. Она услышала то, что хотела... а платить-то теперь зачем?
Геката краем глаза заметила этот жест, но не пошевелилась, не дрогнула, продолжила говорить так же размеренно и спокойно:
- А ты стоишь возле дверцы кареты, вся в лохмотьях, и клянчишь у мужчины милостыню.
Дамочка оскорбленно хмыкнула, вскинула голову и зашагала прочь.
Худая, с пергаментной кожей рука гадалки поднялась с колена и сделала в воздухе легкий жест. Тут же один из беспризорников оставил игру, вскочил на ноги и побежал следом за дамочкой.
Но бледным, тонким губам старухи скользнула легкая улыбка. Ближайшее будущее этой наглой особы гадалка видела четко. Пожалела честной платы за гадание - лишится всего кошелька. Геката получит из этих денег свою долю...
И все же настроение у старой женщины было отнюдь не праздничное...

Отредактировано Геката (2017-04-13 01:07:31)

+3

10

Билли разглядел гадалку издалека. В цветастой, хоть и потрепанной одежде, она  выделялась из толпы босяков и попрошаек, которыми кишела улица, как выделяется  старая волчица в своре городских шавок. На ее лице не было ни раболепия, ни льстивой услужливости, ни глуповатой  улыбки. Суета, гам, шум, которыми  была полна улица, проносились мимо. Геката словно и не замечала их. В  лучах заходящего солнца она походила на каменное изваяние.  Старуха задумчиво смотрела на море, и хоть ее узкие губы были сомкнуты, а чеканный профиль был неподвижен, казалось, что она ведет со стихией неторопливую  беседу.
Билли с Сильвером подошли ближе.  И вблизи Геката показалась боцману  еще более ветхой, будто  соткана было из паутины, из стертых  в пыль скал, легенд, забытых молитв и праха.
Однако, увидев живые, пронзительные  глаза  гадалки, Билли Бонс понял, что старуха, пожалуй,  переживет их всех. Взгляд  у Гекаты был пристальный. Боцман вдруг вздрогнул под этим взглядом,  показалось, что душу его  бесцеремонно  перетряхнули, пролистали  и отбросили, словно скучную книгу.
- Здравствуй, Геката, - Билли чуть наклонил голову. - Мы с "Моржа".  Капитан Флинт послал нас за снадобьем.  Сказал, что ты сама знаешь, что за микстура. Меня он не просветил. Флинт вообще немногословен. Особенно, когда не в духе. 
Дело было, конечно, странноватым. Не в духе это было капитана просить о такой мелочи. Билли всерьез задумался, уж не насолил ли Флинт чем-нибудь этой то ли цыганке, то ли древней богине, что не решился на встречу  сам?

+2

11

Кок откашлялся:
- Не микстура, а растирка. У капитана нашего ревматизьм, голуба. Рев-ма-тизьм! А у меня колено ноет, не иначе к шквалу или мертвому штилю.
По правому борту пролетела стайка пестрых птах, стрекоча и держась близко к земле. «Низко летят», - подумал Сильвер и вздохнул, правильно истолковав примету. – «Точно шквал налетит! Будет нам и Рождество и Судный день сразу»
Кок пошарил в кармане и выудил оттуда кошель, чтобы заранее улестить Гекату, которая внушала ему суеверный страх. Слишком древней и одновременно молодой она казалась: может, это и не человек вовсе? И один дьявол знает, что за микстурку она выдаст: вдруг какую-нибудь гадость, сваренную из крабовых клешней и лягушачьих лапок на тухлой водице, что лениво плескалась в прибрежных мангровых зарослях? А ну как у Флинта золотуха от этой микстурки по всему телу пойдет? Или заворот кишок случится? Зелье-то заворотное. Сильвер не питал к Флинту особо теплых чувств и не слишком беспокоился о его самочувствии, но понимал, что если тот  выживет после микстурки, принесенной Билли, то боцману уж точно не поздоровится.
[nic]Джон Сильвер[/nic]
[sta]Кок[/sta]
[ava]http://s4.uploads.ru/3j0LG.jpg[/ava]

+2

12

Ровно и спокойно старуха ответила:
- Я, добрые люди, растирками не торгую, за снадобьями идите к цирюльнику или к лекарю. Мое дело - открывать людям будущее. Вот если захотите узнать, что приготовила вам леди Удача, пинок или поцелуй - это ко мне.
Про себя она подумала, что будь сама она леди Удачей - ни за что бы согласилась целоваться с такими мерзкими разбойничьими рожами.
Но вслух она сказала другое:
- Сегодня, храбрые мореходы, удачное время для гадания. Перед Рождеством можно заглянуть далеко в будущее. Очень далео...

0


Вы здесь » Нассау » Сундук Дэйви Джонса » Пришельцы. Рождественский выпуск.